Споры с очевидностью (соображения, возникшие после знакомства с творчеством г. Казюкова) Фотография – это всегда акцент, акцентируемый фотографом фрагмент жизни. В обыденном понимании нередко фотография воспринимается как отпечаток прошлого, факт памяти. Здесь и проходит граница между фото для себя и художественной фотографией. Первая не содержит в себе причинности своего появления: значимость такого фото определена для автора ценностью самого фиксируемого момента. Фотохудожник являет новое в привычном, запечатлевая не столько сам объект, сколько его направленность во времени, обращенную художником в его же, объекта, отчаянное стремление остаться собой в беспрерывно изменяющемся мире. Его цель – запечатлеть не фрагмент жизни, но перспективность, будущность этого момента, явление, в котором обездвиженность объекта дает возможность пристальнее вглядеться в мир.

Фотохудожник актом запечатления действительности разоблачает очевидность, лишая последнюю до боли знакомой облачности, туманности привычного, подернутой дымкой тривиальности. Фотография – это не просто взгляд, отпечатавшийся на фотобумаге, это акт выбора того объекта, собственно которым возможно объяснить те или иные аспекты понимания мира. Выбор объекта – «намечание» ориентации – ценностной ориентации человека. Фотохудожник не указывает исключительно на предмет, но демонстрирует зрение, фиксирующее еще не мысль, но явление, которое наводит на мысль. Зримая реальность умерла в тот самый миг, когда именно она, как казалось автору, оказалась запечатленной. Запечатленным оказалось изменение, фантастическая возможность остановки которого в акте преодоления фактичности и рождает, собственно, искусство фотографии.

Музыка фотографии… Тема художника – реальный мир, фотография – импровизация на эту тему. Фотограф «опевает» реальность… Характер разрешения аккорда – аккорда впечатления, – характер изменения: реальностью – автора и автором – реальности, переход от темы к вариации – в нем реализуются бесконечные «как», «почему», «зачем», переход, где ответ предстает воплощенным вопросом…

Алексей Вакуленко

Николай Столицын. Несколько слов в сторону Кюветы, бачки сменились, к сожалению, компактной и чистой Цифрой. Фотограф выхватывает из окружающего мира некоторые из его многочисленных физиономий, но, если раньше помимо нажатия на спуск... Тепло человеческих рук хранила и пленка, и фотобумага. Так много было в прежних фотографиях самих фотографов! 21 век внес свои коррективы... Ни кювет, ни бачков, ни красного света, ни громоздкого увеличителя, ни... Сплошные ни. Увидел, заметил, навел – и ударяй по клавише. Аппарат все сделает за тебя... Автоматика. Цифра. Почему же такими холодными стали современные фотографии. И – плоскими. Казалось бы, автоматика не ошибается... А я просматриваю современные «шедевры» и тоскую по бачкам и кюветам. Может, оттого что не хватает мне – Человека, а вовсе не кювет и красного света? Цифра вытеснила не только кюветы, бачки, но и – Человека.

Т. е. формально он, Человек, и является хозяином камеры, он, человек, выбирает, что именно и как ему снимать... Но если раньше Человек не только выхватывал, выкраивал, но и вносил себя, Человека, в окружающий его, Человека, мир, то сегодня: заметил, навел...

Работы г-на Казюкова скорее не сегодняшние: так много в них самого г-на Казюкова, но и – и это уже чудо! – не вчерашние. Его пейзажи... Рассматривая их, еле сдерживаюсь, чтобы не сигануть на кривые улочки старого города! А Питер?! Это не величественный, но весьма стандартный Питер из журналов, это – Питер самого Казюкова. И я чувствую его дыхание, я практически вижу, как он вживается в мятущуюся Природу Балтики... Стоп, снято! И это уже не то, что заметил, на что навел г-н Казюков! Это даже не Питер, это – сказочный город из моего Детства, моих снов. Именно так, сказочный и моих! Мастерство, качество аппарата, безошибочная цифра?.. Скорее – Человек. Именно г-н Казюков, и не только тот, которого я знаю лично, но и тот, который заметил, навел... Живые, удивительно живые, не снимки, не фотографии, но – улочки, фонари и пр.

Отчего же – в сторону?.. Чтобы не спугнуть легкого, зыбкого очарования, чтобы не нарушить хрупкую гармонию человеческого Мира... А теперь я умолкаю и оставляю вас наедине с разным, но теплым, человеческим миром г-на Казюкова...